Hero Show / Hiro Shou
Кадзуюки Идзуцу / Kazuyuki Izutsu , 2010
Произодство: Япония

В ролях: Сюсукэ Фукутоку / Shusuke Fukutoku, Дзюмпэй Гото / Junpei Goto, Тисюн / Chisun, Косукэ Ёнэхара / Kosuke Yonehara, Рёсукэ Сакураги / Ryosuke Sakuragi, Цуёси Хаяси / Tsuyoshi Hayashi, Рёхэй Абэ / Ryohei Abe, Ами Исии / Ami Ishii, Акира Нагата / Akira Nagata, Синобу Ююки / Shinobu Yuuki, Хироси Омори / Hiroshi Ohmori, Миэ Ота / Mie Ohta, Синго Мидзусава / Shingo Mizusawa, Пэйтон Тиба / Peyton Chiba

Парень из провинции по имени Юки, умница, отличник, звезда местного КВНа, приехал в Токио, чтобы покорять столицу, но что-то у него не заладилось. Работает грузчиком в магазине, живет один, общается только с девушкой из компьютерной игры, неудачник и без пяти минут хикки. Однажды Юки встречает своего бывшего школьного товарища Такэси, с которым он выступал в мандзайном дуэте. Тот говорит, что до сих пор крутится в шоу-бизнесе. Мол, работает Кощеем Бессмертным, играет на детских утренниках, мечтает сниматься в кино. Приходи к нам, Юки, будешь работать супергероем.

Но в «супергерои» Юки не взяли. Сказали, не хватает квалификации, поработай пока водителем у наших ребят, наберешься опыта и, глядишь, к концу месяца сам станешь «ультраменом». Работа у ребят, надо сказать, непыльная. Раз в день они приезжают на детский праздник и показывают там «героическое шоу» следующего содержания. Сначала на сцену выходит Такэсина подруга Миюки. Она заводит детвору кавайными гримасками и смешными прибаутками. Потом на сцену выбегает сам Такэси в костюме суперзлодея, он громко смеется, обещает сорвать праздник, замучить насмерть Миюки и всех её маленьких гостей. После этого из-за кулис вываливается несколько «ультраменов», которые героически побеждают злодея под визг и вопли радостной мелюзги. Занавес.

Безоблачный этот балаган мог бы продолжаться почти бесконечно, если бы Миюки не переспала с одним из «ультраменов». Узнавший об этом «суперзлодей» устроил ей сцену прямо посреди шоу, за хороших люлей, до кровавых соплей и выбитых зубов. Некоторым детям это представление очень понравилось, другие плакали, родители же пребывали в шоке. Но это было только начало. Избитый Такэси пожаловался друзьям-гопникам. Те пришли к его коллегам, неплохо их отметелили, а потом поставили на счетчик. Мол, если завтра не принесете 100 штук, хана ебарю и его приятелю. Перепуганные «ультрамены» обратились за помощью к другу-мажору. Мажор сказал — не дрейфьте, пацаны, есть у меня корешок, бывший дембель и хороший боец-рукопашник, он за пять минут разрулит вашу проблему.

Дембель (его, кстати, тоже звали Юки) был парнем хорошим, идти на стрелку не хотел, но отказать своим не мог. Надо заметить, жизнь у него была не сахар. После возвращения из армии дембелю Юки приходилось жить с матерью и её молодым любовником, а работать на стройке чернорабочим, меняя на чужих дачах канализацию и трубы со старым говном. В тот вечер невезуха началась с самого утра. Девушка дембеля, продавщица из круглосуточного супермаркета, не просто обломала парня с сексом, но еще и призналась, что у нее есть шестилетний ребенок. Вдобавок к этому напарник со стройки, молодой долбоёб, увязался, не прогонишь. Говорит, давать пизды гопникам — это моё любимое занятие, возьми меня с собой, братан.

Ничто не предвещало беды, но…

На протяжении многих десятилетий фильмы про гопников снимаются в Японии в двух ключах. Первый — в традициях якудзового романтизма или современного восточного неонуара. Цветастые рубашки, черные очки, жизнь насмарку, душа нараспашку. Аники-аники, позволь я себе палец отхерачу. Второй подход — это анимешная эпичность. Суровые парни в школьной форме бьются под дождем, словно древнерусские богатыри. Правой рукой махнут — колея останется, левой махнут — по пояс в землю загонят. Как уже можно было догадаться, оба подхода претендуют на суровый и солёный реализм, но являются при этом чистой воды жанровым эскапизмом. Пусть мы эти подходы очень любим и ценим, будь то свежее сёнэн-аниме или новый китановский «Outrage», но это не мешает нам помнить, что есть еще и подход номер три. Уникальный, вымученный и вымоченный годами сложных тренировок.

Я говорю сейчас про режиссера Кадзуюки Идзуцу и про его личное пацанское дао.

Тридцать лет назад этот человек решил, что современные фильмы про подростков — фальшивка и ерунда. Надо признать, 26-летний бунтарь был прав: студийная система в Японии к этому моменту изрядно изменилась, поэтому молодых актеров брали отныне не с улицы, а из расплодившихся рекламных агентств. За считанные годы лицо уличного героя, байкера и драчуна, стало очень карамельным и неубедительным, а фильмы — розовой чепухой для застенчивых девочек. Приступая к съемкам своего дебютного фильма «Страна гопов», Идзуцу попытался найти всех актеров на улице, в лучшем случае — среди молодых мандзайщиков из провинции (это то, что в России называют КВНом). Одним словом, молодой режиссер попробовал сделать то, что в прошлом году сделали создатели российского шоу «Реальные пацаны». Типа показал «реальную жизнь с реальным человеческим лицом».

В отличие от наших соотечественников, Идзуцу сделал это не раз и не два. Тридцать лет и почти два десятка картин, среди которых самые известные и самые уважаемые проекты на гоп-гоп-тематику — «Пацаны из Кисивады» и Pacchigi. «Героическое шоу» — это еще один шаг на пути этого человека к потрошению правды-матки. Жутковатое и затягивающее зрелище, две первые трети которого от экрана просто трудно оторваться. И хотя в последнем отделении режиссер немного тушуется и начинает мямлить, но этому, наоборот, радуешься. Если бы Идзуцу превратился прямо на наших глазах в нового Балабанова, мы бы, наверное, этого просто не пережили, кувабара-кувабара.

Возвращаясь к баранам. Самое завораживающее в «Шоу» — это пугающая узнаваемость персонажей и ситуаций. Штука, вроде бы, для кино вполне привычная, но я уже честно не помню, когда последний раз ловил себя на этом при просмотре иностранной картины. Несмотря на бесчисленные хозяйственные мелочи, разноцветные прически и разговоры про супергероев, национальный колорит в фильме совершенно не ощущается. События в «Героическом шоу» вполне могли произойти в паре кварталов от моего дома или где-нибудь на «Стошке». Уверен, что и происходили неоднократно, чего уж греха таить. Поэтому и не удивляешься, когда замечаешь, что переваривая происходящее, обращаюсь не к багажу киномана, а к личному опыту, пережитому или подслушанному. Вот, например, «героям» нужно избавиться от трупа. Они звонят знакомому мужичку-бульдозеристу, тот приезжает на своей тачиле и совершенно без палева утюжит яму с еще дрожащим окровавленным телом. А Зилич смотрит на это и дивится: и почему он не видел ничего подобного в фильмах Сергея Сельянова. И в газетах почему про это никогда не читал.

список